Первая площадка – 1982 год.

Выпускной вечер школы №656

В СССР никто и не помышлял о частной собственности на средства производства – предпринимательства попросту не существовало. Нам не запрещали, но и не помогали. Всё делали сами! И, кстати, оборудования тоже не было. В общем, ничего не было – кроме интереса и желания!

Так и появилась наша первая дискотека: школа, горящие глаза, никаких знаний, умений и техники. Это была первая веха под названием «Квант».

Первый «комплект» аппаратуры нам отдали за бутылку водки – его оставили уходящие десятиклассники 1982 года. Отдельная благодарность родителям будущего диджея Вадима Мукоеда – именно они сказали нам: «Чего сидите? Сделайте свою дискотеку!»

До 1983 года мы работали по школам. Платили копейки, но мы не сдавались. А ещё нам повезло: ЖЭК выделил легендарную «коморку», где мы хранили наше бесценное барахло.

В команду вошли:

Игорь Орлов – бессменный руководитель,

Вадим Мукоед – ведущий (тогда ещё не диджей, а MC в немецком стиле),

Павел Голицын – специалист по «железу»,

Михаил Пантелеев – оператор слайдов,

Владимир Комиссаров – свет,

Станислав Яропкин и Сергей Павловский – пиротехника,

Андрей Павлик – второй MC.

А ещё – Сашка Ежор, Серёга Прохоренков, Мишка Леонтьев, Мишка Розентур… и, конечно, наши жёны, будущие жёны и подруги.

Самодельная аппаратура

К 1983 году у нас уже скопилось изрядное количество техники. И вот из чего она состояла:

Списанные блоки светофоров,

Милицейские маячки (синий, красный, жёлтый – зелёный достать не удалось),

Стробоскопы из кабинета физики,

Старые театральные прожекторы,

Катушечные магнитофоны «Маяк» и «Астра»,

Бытовые колонки «Орбита» и ламповые усилители У-100 из кинотеатра.

В общем, полный «пипец»! Но народ в зале был в восторге.

Всю коммутацию и управление делали своими руками – благо, опыт с оборонных заводов позволял. С аппаратом нам везло не очень, зато мы были мобильны: погрузили – и вперёд! Те, кто работал в ДК и театрах, имели более надёжную технику, но они не выезжали на площадки, да и аппаратура им не принадлежала. А у нас – своя!

Теперь о "Кругосветке"! Представляете картину!!! Вокруг нас беснуется на дискотеке народ, а мы, пятеро ненормальных, стоим посреди танцпола и смотрим на оборудование, которое для нас - предел мечтаний! Нас со второго этажа, где стояли все пультовые, замечает директор дискотеки Наталья Нестеренко! (Царствие ей небесное). Ну и после того как шалман закончился, подходит к нам и... приглашает на работу в дискотеку! Вы представляете уровень шока?! А я до сих пор помню эти ощущения!

В "Кругосветке" на тот момент работали:

Наталья Нестеренко - директор,

Александр Лебедин - звукорежиссёр (он же звукорежиссёр Лужников),

Антон Гаврилов - МС, впоследствии наш главный поставщик музыки на катушках,

Алексей Лапин - пиротехник с большой буквы,

Владимир Фоломкин - свет,

Николай Зиновенко - слайды (оба последних - сейчас это компания "Лайт Мастер").

Троих, к сожалению, нет в живых - Лебедин, Лапин, Нестеренко... Жаль, настоящие профессионалы и люди тоже хорошие. Спасибо им за науку большое!

Мысли к дополнению к данной главе.

Строчки вспомнились: "...возьмем, к примеру, как его - магнитофон 'Маяк', 'Окай', 'Комета', 'Сони', 'Тембр', 'Амфитон'... О, это просто чудо! Может он играть весь вечер, но кто из вас мне скажет, сколько это чудо весит..."

И вот наступило лето 1983 года.

Нас всех, дисканутых, занесло в ДК "Серп и молот", в котором работала дискотека "Кругосветное путешествие" - это была вторая веха! По СССР народ на дискотеках по звуку на чём только не работал: "Эско-100", "Комета", "Вермона", "Биг", "Электроакустика", "Тесла", "Гелиос", "Родина" и далее по длинному списку наших и не наших производителей.

Со светом у всех был швах, потому как специально ничего не выпускали, акромя польских "Люксоматов". Приходилось изобретать всячески. Купить можно было только по безналу, которого у нас не было, и к тому же аппарат хороший был, что называется, только для своих по великому блату!

"Но вот окончен бал, безумно я устал, хочу и есть, и пить, и спать, и дома ждёт жена... но вот пришла пора колонки на себе таскать..." Вообще-то в дискотеках, театрах, ДК, прокате работают только ненормальные люди, потому как это очень тяжелый труд — без отдыха, без сна, и как следствие — нервная система в дребезги.

Отдельной истории заслуживает последняя неделя перед моим уходом в армию. Волею судеб паять провода я умел лучше всех — меня научили в УПК (учебно-производственный комбинат). Кстати, в СССР это было гениальное, с моей точки зрения, решение. Молодёжь учили работать руками и мозгами, да ещё и профессию будущую выбирать — для тех, кто в институт не рвался. И преподы там были классные — Львов В.В., его даже в журнале "Радио" печатали.

Ну ладно, отвлёкся. Так вот, последнюю неделю я из коморки практически не вылезал — нужно было доделать световые пульты, а то наши остались бы в темноте. Припоем я тогда отравился знатно (для тех, кто не в курсе — в припое свинец есть, а он вредный). Да и пайка кабелей с многоконтактными разъёмами — не самое простое занятие, если хочешь сделать аккуратно и надёжно. Каждый провод после лужения надо быстренько в холодную воду опустить — а то изоляция течёт.

Запаял десятый разъём (время близилось к утру), взялся за другую сторону — всё сделал... А потом надо чехол одеть, который ДОЛЖЕН БЫЛ БЫТЬ НАДЕТ НА КАБЕЛЬ ЗАРАНЕЕ, БЛЯ... а я его забыл надеть. Такого мата я от себя никогда не предполагал услышать! Пришлось перепаивать заново.

Так что в армию я ушёл с чувством выполненного долга!!!

Кстати, с Львовым Владимиром Васильевичем ещё один забавный случай приключился. Он помогал нам делать нормальные усилители. Учитывая, что все мои родственники — и близкие, и не очень — работали на оборонных заводах, с радиоэлементами у нас проблем не было. А вот за идеологию и разработку отвечал как раз Львов.

Первые образцы давались тяжело — всё горело и полыхало. Владимир Васильевич жил в четырёх кварталах от нашей коморки. И вот тащим мы к нему очередные два "трупа" — по 35 кг каждый. Машин, как вы понимаете, ни у кого не было. Остановились передохнуть... И тут подкатывает патруль с сакраментальным вопросом: "А вы где это взяли?!" (Как я уже писал, средств производства у простых граждан тогда не было).

В голове пронеслась единственная мысль: "ПОМЕНЯЛИСЬ на рынке на самовар!"

Милиционеры плюнули, развернулись и уехали. Усилители были спасены, а мы — бесконечно счастливы.

Забыл рассказать про агитпоезд ЦК ВЛКСМ. Для несведущих или молодых расшифрую: Центральный Комитет Всесоюзного Ленинского Коммунистического Союза Молодёжи — вот такая организация была (жаль, что сейчас нет). Пионерской тоже нет, да и Компартии... Хотя партия сейчас есть, но она уже не та объединяющая и направляющая сила, что раньше.

Мне повезло родиться и расти в сильной, великой, гордой и самой большой стране мира! И я очень хочу, чтобы моя страна снова поднялась с колен (уже поднимается). И когда придёт мой час уходить, хочу, чтобы было как при СССР!

Ладно, отвлёкся.

Так вот, в 1989 году звонит мне человек и представляется: начальник агитпоезда ЦК ВЛКСМ — Галязимов (имени, к сожалению, не помню). Говорит:

— Поедете со своим оборудованием под Чернобыль?

— Конечно, поедем!

На том и порешили.

А дальше начался квест: где найти акустику, которая в купе влезет?! Нашли у Прыгаева — у него как раз был подходящий комплект. Забрали, погрузились в поезд с Лёшкой Ильяшевским, прихватив свет, звук и... ну конечно, бухла — говорили, оно от радиации помогает.

Нам повесили на лацканы дозиметры — чтобы потом замерить, насколько мы "повреждены". В первую зону заражения мы, правда, не попали, но дозиметры честно показали ¾ шкалы.

В поезде собралась разношёрстная публика: музыканты, ведущие, комики, циркачи... Люди, надо сказать, все — не бесталанные! Один Серёга Хоменко чего стоил — голосина — пипец! До третьей октавы доставал.

Как-то приезжаем в очередной город. Добрались до площадки, выгрузили оборудование, поставили, включаем — а звука нет. Всё же ламповое! До концерта 10 минут — я разбираю усилитель и нахожу оторвавшийся провод. Отвёрткой прижал его к плате... И честно держал ТРИ ЧАСА! Но звук был, и концерт состоялся.

Во втором городе — в Клинцах, кажется — приключилась история с Лёхиным баллончиком. "Сперцовка" (а баллон-то полицейский!) — колпачок слетел. Надо бы его на место поправить. Внимание: зал полный народу! Лёха за кулисами на этот колпачок нажал — меньше секунды прошло... И понеслось: в зале чихи, кашель и прочее. В общем, нас там анафеме предали!

Третий город... Ну как же мы без приключений? Отработали концерт, загрузились в ПАЗик, едем к поезду, болтаем. Я — за водителем, боком по ходу движения, Лёха — около двери прямо по ходу, а главный местный комсомолец восседал на двигателе у лобового стекла.

И ТУТ — СВЕТ В ГОЛОВЕ ПОГАС!

Очнулся от того, что кто-то стонет. Потом понял — это я. Лёха лежит в проходе с шишкой на голове (больше, чем сама голова!). Усадил его на место. Стёкол в автобусе — от слова "совсем". Лобового — нет. И комсомольца — нет. Водила сидит, ноги зажало — не вылезти. А ТУТ ЕЩЁ ЧТО-ТО ШИПИТ!

Ногой дверь в обратную сторону открыл, Лёху подхватил — и на улицу! Думал, щас рванёт... Местные сбежались: кого водой, кого компотом отпаивали. Голова — будто чугунный котёл. Приехали гаишники.

Картина маслом:

— Навстречу — рейсовый ЛИАЗ (тоже без стёкол, да ещё и треугольный почему-то!)

— На пеньке сидит его водила, курит, да придерживает счётки — без этого и курить нельзя, отваливается

— А наш комсомолец — хоть бы царапина! Его ж Партия бережёт!

Аппаратуру-то в поезд надо доставить! Гаишник ловит "девятку", велит нас подбросить. (Ах да, лобовое — 120 км/ч... Автобусы — в утиль!)

Садимся, а водила — в говно... И понеслось! Как доехали — загадка. Но на наше счастье, с нами ехали два медика из Первого меда. Выдали аспирин, Лёхе башку перебинтовали, по стакану водочки вручили, позвоночники нам вправили — и спать.

В общем, пронесло! Будет что вспомнить на старости. С Хомой мы тогда крепко сдружились — до сих пор общаемся. Заодно насмотрелись на:

— Зайцев размером с волка

— Скрюченные деревья

— Местных — испуганных, но не сломленных

В конце марта 1996 года к нам в "Спутник" заявляется Пётр Михайлович Москвитин — замначальника студенческого лагеря МЭИ (СОСЛ МЭИ, Алушта). И выдаёт:

— Поедете со своей дискотекой в лагерь? С 20 июня по 20 сентября.

Как мы могли отказаться?! Так начался новый — и, как потом оказалось, самый долгий — этап в нашей жизни. Целых 20 лет под знаком Алушты!

Алушта... Это же место, где, как сказал Венечка Ерофеев, "никогда не отцветает сирень и всё время поют соловьи". Хотя нам-то больше запомнились бешеные дискотеки до утра, вечно пьяные студенты и бесконечные ремонты убитой аппаратуры. Но это уже совсем другая история...

Если вы, молодые, читаете эти строки — ненадолго перенеситесь в ту эпоху, которую одни называют "застоем", другие ругают почём зря, а мы, прошедшие через всё это, вспоминаем с особой теплотой. Потому что школа жизни тех лет — бесценна.

СССР! Знаете, иностранцы приезжали к нам за тремя вещами: балетом, цирком и... мороженым! Тем, кто застал Москву тех лет, никогда не забыть вкус того самого мороженого из ГУМа, ЦУМа и "Детского мира". Очереди выстраивались такие, что втрое превышали запас в тех самых каталожках-холодильниках. Этот вкус — его невозможно передать, но и забыть тоже! Всего 20 копеек за стаканчик — при средней зарплате в 200 рублей.

А газировка? Те самые автоматы: 1 копейка — вода с газом, 3 — с сиропом. Один гранёный стакан на всех — от первоклашек до местных алкашей — и никаких болезней! Зато какое чувство единства...

Наш цирк считался лучшим в мире. Балет — эталоном, к нам ехали учиться со всей планеты. Чувство защищённости было у всех — кроме, пожалуй, уголовников да диссидентов. Дети спокойно гуляли одни, ездили на дачи к друзьям, катались на аттракционах ВДНХ. Казалось, так будет всегда.

Оборонка работала как часы — наши ракеты попадали "в форточку" с 6000 км, хотя имена гениев, их создавших, знали единицы. (Кто не верит — посмотрите "Укрощение огня").

Тогда воспитывали настоящее упрямство и упорство. Никто не ныл, не жаловался на трудности, а радость была искренней — не то что нынешняя показуха.

Нам всё приходилось делать своими руками. В 1985 году Фоломкин и Зиновенко продали нам световое оборудование — они как раз собирали первый стадионный комплект из посадочных фар ТУ-154 (мы их звали "бидонами").

А в стране уже пахло перестройкой:

Кооперативы стали открываться

На рынках появилось ВСЁ — от трусов до тракторов

Время перемен принесло и новые трудности

Как метко сказал один остряк: "Времена были тяжёлые — хлеба не было, вот и мазали масло прямо на колбасу!"

Кстати, мало кто знает, но вся бытовая техника в Союзе выходила с оборонных заводов. Холодильники, стиралки, пылесосы — всё это делали те же руки, что собирали ракеты. Но нам, звуковикам, особенно интересно другое — эта же промышленность выпускала и всю аудиотехнику:

• Катушечные (а позже кассетные) магнитофоны

• Виниловые проигрыватели

• Акустические системы

• Радиоприёмники

• Усилители

Правда, вся эта "бытовуха" для наших задач подходила плохо — не хватало ни надёжности, ни мощности, ни качества звука. Хотя градация была строгая: от "нулёвки" (высший класс, стоил как два чугунных моста) до четвёртого сорта (слушать невозможно, зато дёшево).

Из необоронки стояло запомнить только два завода:

КИНАП (киноаппаратура)

ГОСТЕА СВЕТ (театральное оборудование)

Завод "Кинап" делал динамики солидных размеров, но с одной проблемой - все они были высокоомные (1А-17, 1А-18, 1А-22, 2А-9, 2А-11, 4А-32). Эти монстры работали только с родными ламповыми усилителями на 100-120 Вольт. Об активных кроссоверах или процессорах можно было только мечтать.

Первые более-менее приличные динамики от завода "Электроника" появились лишь к 1985 году. Тогда же несколько кооперативов начали выпускать:

Низкоомные динамики больших размеров

Транзисторные усилители под низкоомную нагрузку

Но вот беда - корпусов для колонок не было вообще! Приходилось выкручиваться. Наш спаситель - мастер по кличке Рыжик. Он мог сделать из фанеры всё что угодно.

Помню, за два дня до выезда:

Динамики есть

Усилители есть

Пульты есть

А вот сабвуферов нет!

Только чертежи и фанера.

Мчимся к Рыжику:

Сделаешь?

Ответ вошёл в историю: "Помещение, инструменты и огненная вода без ограничений - это на вечер".

Утром картина:

✅ 4 готовых покрашенных колонки

✅ 8 пустых бутылок "Столичной"

✅ Рыжик в состоянии "грогги"

Его отчет: "ПРОДЕЛАНА ТИТАНИЧЕСКАЯ РАБОТА". Мы ржали до слёз...